Акценты
«Порой до 20 текстов в день»: каковы стандарты западных СМИ?
О стандартах и философии западных СМИ рассказала Екатерина Горчинская — бывший заместитель главного редактора Kiyv Post, автор The Wall Street Journal и The Financial Times.
Советы по использованию научных исследований в журналистских материалах
«Не теряет бодрости даже в самых сложных ситуациях»: рассказываем о белапановцах, суд над которыми начался сегодня
В преддверии суда по «делу БелаПАН». Борис Горецкий в программе Татьяны Коровенковой «Позірк»
Dekoder: Как беларуские медиа пережили революцию, репрессии и эмиграцию
Яковлев: «Ты кому-то говоришь, что русский, и человек отворачивается и уходит — это чувство я знаю с детства, оно страшное, и нам всем предстоит его испытать»
Российский писатель и медиаменеджер — о том, почему страна, победившая в войне, спустя 80 лет настолько отстает от проигравшей.
Чем хуже — тем лучше. Мнение психоаналитика о пропаганде, ее появлении и влиянии на людей
С событиями 2020 года в Беларуси и началом войны в Украине агрессивность белорусской и российской пропаганды заметно увеличилась. Тех, кто не поддерживает политику Александра Лукашенко, в государственных средствах массовой информации называли «фашистами», а в эфире телеканала СТВ в адрес лидеров оппозиции использовались выражения «жалкое чучело» и «проклятая ведьма». О пропаганде, ее появлении и влиянии на общество в авторской колонке рассуждает психиатр и психоаналитик Сергей Попов.
Журналистка Евгения Долгая. «Я не допущу, чтобы меня или мою дочь называли фашистсками»
Почти каждый день на странице журналистки Евгении Долгой в "Фейсбуке" выходят истории о белорусах, оставшихся в Украине, чтобы помочь людям в этой стране. Война, резко поменявшая отношение к белорусам в мире, и беженство — для Евгении это очень личная история.
Как эвакуировать медиа в условиях войны. Cоветы украинских локальных редакций
ЧТО ТАКОЕ СЕТЬ SAFEBOX?
«Если бы Украина исчезла, журналистика потеряла бы смысл». Что говорят украинские журналисты, которые уходят из СМИ в армию
Война России в Украине идет уже третий месяц, она унесла тревожное количество жизней журналистов: по меньшей мере семь человек погибли в результате перекрестного огня во время ведения репортажей и еще по меньшей мере шесть человек погибли при обстоятельствах, которые Комитет защиты журналистов (CPJ) продолжает расследовать. Есть как минимум 10 имен, которых нет в списке CPJ, как журналистов, убитых во время конфликта. Все они украинцы, и все работали в журналистике — до февральского вторжения России, после которого они ушли воевать и погибли как солдаты.
«Она в отпуске, не знаю, в творческом или принудительном». Как живет исполнительница «Шчучыншчыны», которая верит: «все будет хорошо»
«Я один из тех, кто раздражал Золотову больше всего». TUT.BY нет уже год — вот шесть историй, которые объяснят, почему он был великим
18 мая 2021 года никто из редакции TUT.BY не забудет никогда. Это был вторник. В понедельник был год со дня смерти основателя портала Юрия Зиссера, а в среду из гомельской колонии освобождалась Катерина Борисевич. Полгода наша подруга и коллега провела за решеткой по «делу о ноль промилле», и мы мечтали, как вместе поедем ее встречать. Многие сотрудники «Зеркала» работали в TUT.BY, и для нас все это личное. Мы помним, как с утра в чате редакции появилось сообщение главного редактора Марины Золотовой: «Ко мне пришли». Тогда же силовики начали ломиться в офис и квартиры десятков других коллег. Практически сразу же сайт был заблокирован. Медиа, которое два десятка лет рассказывало белорусам о белорусах, уничтожили за один день. 15 человек арестовали. Сегодня через истории его бывших сотрудников мы расскажем, почему TUT.BY был уникальным проектом, в котором свобода ставилась на первое место.
Зачем Кремль «разминает» тему ядерного апокалипсиса
Сколько заложников Лукашенко сейчас в тюрьме (инфографика)
Каждый четверг мы рассылаем по электронной почте вакансии (гранты, вакансии, конкурсы, стипендии), анонсы мероприятий (лекции, дискуссии, презентации), а также самые важные новости и тенденции в мире медиа.