Что это было? Разбор интервью Бабарико Золкину от медиаэксперта

16 декабря в Сети появилось интервью Виктора Бабарико с известным украинским блогером Владимиром Золкиным. Эта беседа оставила после себя очень много вопросов и дискуссий. Кто-то недоволен ответами Бабарико, а кто-то убежден, что Золкин не должен был задавать такие вопросы человеку, который только-только вышел из-за решетки.

Виктор Бабарико и Владимир Золкин/ @VolodymyrZolkin

Проанализировать эту беседу Еврорадио попросило старшего аналитика Media IQ и медиаэксперта Павлюка Быковского.

Разговор имел признаки очень жесткого интервью

Владимир Золкин — украинский блогер, который записывает интервью с российскими военнопленными. По мнению нашего эксперта, он не работает по журналистским стандартам, но, безусловно, является частью информационной войны, которую Украина ведет с Россией.

— Он мог воспользоваться служебным положением, чтобы попросить возможности для такого интервью [с Бабарико. — Еврорадио]. Но я не могу сказать, что это абсолютно чрезвычайная ситуация. Имел ли он возможность давить на Бабарико? Я не знаю. Мог ли Бабарико отказаться? Я не знаю. Было понятно Бабарико, что он разговаривает с человеком, который может задавать очень жесткие вопросы? Полагаю, что после пресс-конференции это было понятно, ведь Золкин задавал вопросы и там.

По мнению Быковского, этот разговор точно имело признаки очень жесткого интервью, направленного на получение однозначных ответов. 

— То, что Бабарико говорил, что не находится в контексте, что не знает и т. д., не останавливало Золкина — это очень похоже на попытку проверить «свой или чужой». Можно сказать, это было эмоциональное давление, по крайней мере во время пресс-конференции, когда Золкин задавал вопросы, сначала описав военные преступления российских оккупантов, а Бабарико, очевидно, не был готов оценивать этот кейс, так как много времени находился в режиме инкоммуникадо. Бабарико много раз говорит, что не знает ситуацию. Однако Золкин критикует собеседника за отсутствие четкой позиции.

Эксперт рассуждает, что Золкин дает очень много оценок, и такой подход, скорее, может рассматриваться, как авторский.

— Если брать журналистские стандарты, то я бы сказал, что они здесь нарушаются, так как нельзя требовать ответы на вопросы, на которые собеседник уже ответил, что не располагает информацией.

Нормально ли было проводить пресс-конференцию на следующий день?

Быковский считает, что разговор с Золкиным, скорее всего, состоялся 14 декабря — после пресс-конференции. А 15 декабря у Бабарико и других политзаключенных был разговор с Зеленским, где позиция бывшего банкира относительно российской агрессии и то, что Украина является жертвой, уже была более четкой.

— Эти вещи можно рассматривать комплексно. Даже в традиционной практике с военнопленными украинцами есть отсрочка интервью. И пресс-конференция идет на общие темы: о самочувствии и состоянии здоровья — длительные беседы там не ведутся. Здесь было нарушение такого протокола. И он может быть вполне обоснован, но мы не услышали аргументов, почему это было так сделано. Мы видим исключение из правил — не делаются пресс-конференции на следующий день после освобождения.

Освобожденные политзаключенные не были готовы к пресс-конференции, говорит Быковский.

— И требование однозначности в этой ситуации — не совсем нормальная журналистская практика, с одной стороны. Но с другой — в журналистике тоже есть разные подходы, например, хардтоки, но там не делают интервью с теми, кто не чувствует себя свободным, либо попал из-за решетки.

Как это отразится на имидже Бабарико?

Эксперт говорит, что слова Бабарико уже создали информационный инцидент. Но ситуацию нужно рассматривать с двух сторон.

— Во-первых, если Золкин говорит, что позиция “не все так однозначно” делает человека “тухлым мясом”, то единомышленники у него найдутся. И мы видим по обсуждению в беларусском Фейсбуке, что такие высказывания есть. Во-вторых, политические взгляды Бабарико в 2020 году — это хорошее отношение к России, рыночной экономике и справедливой судебной системе. Он рассматривал Беларусь, скорее, как край, где живет, а не считал себя ярким этническим беларусским политиком. А его сторонниками были люди, которые учились в советской школе, российско-ориентированные, живущие в русском информационном поле. 

И поэтому для них высказывания Бабарико будут целостными и непротиворечивыми.

Но сейчас, говорит эксперт, общее мнение будет складываться постепенно: одно высказывание здесь, другое — там.