Статкевич тряс клетку, судья смеялся, звучали «Муры». Игорь Лосик впервые рассказал, как судили фигурантов «дела Тихановского»

Как на закрытом судебном процессе по «делу Тихановского» слушали «Разбуры турмы муры», как в материалах дела оказались иконка с Георгием Победоносцем и «война с неверными», как прокурор вывел из себя судью, пишет Радио Свобода.

Закрытый суд в Гомельском СИЗО: судили Сергея Тихановского, Игоря Лосика, Николая Статкевича, Владимира Цыгановича, Артема Сакова и Дмитрия Попова. 24 июня 2021 года. Архивное фото Pho­to: Людмила Гладкая, «СБ — Беларусь Сегодня»

Шесть лет назад, 29 мая 2020 года, в Гродно на предвыборной акции задержали блогера и автора Youtube-канала «Страна для жизни» Сергея Тихановского, его соратников и случайных присутствующих. Власти устроили провокацию с участием женщины, которая занималась проституцией, и падением милиционера Владимира Козловского на землю. Сразу после этого силовики начали задерживать людей на Советской площади. Это было первое масштабное задержание в предвыборной кампании, которое впоследствии переросло в ряд уголовных дел и показало, как власти будут мстить своим противникам.

Судебный процесс над Сергеем Тихановским начался в июне 2021-го. Он шел полгода в закрытом режиме в СИЗО № 3 Гомеля. Вместе с Тихановским судили его видеооператора Артема Сакова, модератора социальных сетей «Страны для жизни» Дмитрия Попова, политика Николая Статкевича, блогеров Игоря Лосика и Владимира Цыгановича. Фигуранты дела в итоге получили от 14 до 18 лет колонии.

Тихановский и Лосик уже вышли на свободу благодаря переговорам американской стороны с режимом Лукашенко. Статкевича освободили после его отказа уезжать из Беларуси и тяжелой болезни. Саков, Попов и Цыганович остаются за решеткой.

Вообще в так называемое дело Тихановского можно зачислить больше людей, которых судили небольшими группами или поодиночке в разных местах в разное время.

Игорь Лосик, Сергей Тихановский, Николай Статкевич, Владимир Цыганович, Артем Саков, Дмитрий Попов

«Они не знали, что с нами делать»

Сетевой журналист Свободы и основатель телеграм-канала «Беларусь головного мозга» Игорь Лосик был одним из фигурантов «дела Тихановского». Его задержали 25 июня 2020 года и приговорили к 15 годам колонии усиленного режима. Игорь провел за решеткой более пяти лет, почти половину этого времени — в режиме инкоммуникадо, когда даже близкие ничего не знали о нем. Игоря Лосика освободили и принудительно вывезли из Беларуси за границу в сентябре 2025 года.

«Этого не понимал никто: ни адвокаты, ни прокуроры, кажется, ни мы, — отвечает Игорь на вопрос, почему они вшестером оказались в одном процессе. — Я с Тихановским не встречался, не знал его, со Статкевичем тоже. С Цыгановичем, Саковым не пересекался в интернете даже».

Лосик объясняет, что в материалах уголовного дела было написано, что Тихановский и Статкевич в 2019 году якобы вступили в сговор и запланировали через год свергнуть власть в Беларуси.

Игорь Лосик после освобождения. Вильнюс, 11 сентября 2025 года.

Сначала в деле также проходил Виталий Шкляров, американский политтехнолог родом из Гомеля, продолжает Игорь. Тот, согласно обвинению, считался главным организатором сговора, который привлек к своим планам Тихановского, Статкевича и других. Шклярова задержали в июле 2020 года и освободили в октябре того же года «после телефонного звонка государственного секретаря США Помпео».

«Сначала дело завязывали на Шклярова. А когда его выпустили, начали переписывать уголовное дело и уже главным сделали Статкевича», — вспоминает собеседник.

По мнению Лосика, блогеров и связанных с популярными каналами в социальных сетях людей включили в дело, так как представители режима боялись телеграм-каналов и «начали охотиться на них» после высказывания Лукашенко: «Думают, мы же их не достанем. Если надо — достанем». Администраторам телеграм-каналов Nex­ta, «Беларусь головного мозга», «Мая краіна Беларусь» и других представители власти также постановили приписать ответственность за организацию протестов.

«Они (те, кто заводил уголовное дело) придумали, что в июне 2019 года — они эту дату взяли просто из головы — якобы все организовалось в единую информационную сеть, которой руководил Статкевич, а через Статкевича — Тихановский», — рассказывает журналист.

Доказательством связи Тихановского с админами телеграм-каналов следователи посчитали несколько секунд стрима блогера, где тот рекламирует эти каналы и советует на них подписываться, говорит Лосик.

Сергей Тихановский после освобождения. Вильнюс, Литва, 9 июля 2025 года.

Сначала в деле был и Степан Путило, администратор канала Nex­ta. Но поскольку он находился в Польше, его не задержали. Позже дело Путило выделили в отдельное производство и судили его заочно.

С самого начала в «дело Тихановского» включили десятки задержанных людей, вспоминает собеседник. Он лично видел в первых материалах дела с двадцать фамилий фигурантов: Павел Северинец, Евгений Афнагель, Владимир Книга, Андрей Войнич, Дмитрий Фурманов, Александр Кабанов, Сергей Петрухин. Им всем вменяли организацию митинга в Гродно 29 мая 2020 года. Лосик отмечает, что он сам в этот день в Гродно не был.

«Еще до выборов и после они не знали, что с нами делать. И они всех запихнули в одно дело», — говорит Лосик.

Однако весной 2021 года дело начали спешно закрывать, вспоминает собеседник, опять же после слов Лукашенко, что надо его закончить. Множество фигурантов по неизвестным критериям начали делить на группы.

Николай Статкевич в суде (слева, в синей рубашке). Лето 2021 года

Павел Северинец и Андрей Войнич оказались в группе членов «Европейской Беларуси». В Гродно судили Дмитрия Фурманова, который собирал подписи за Светлану Тихановскую. Вместе с ним — бывшего омоновца и волонтера команды Тихановской Владимира Книгу (ему к шести годам приговора уже трижды добавляли срок за якобы «злостное неповиновение требованиям администрации колонии») и Евгения Разниченко, который подхватил милиционера Козловского, когда тот упал. Отдельно в Гродно судили водителя автодома «Страна для жизни» Александра Арановича. Брестских блогеров Александра Кабанова и Сергея Петрухина судили в Могилеве.

«Больше смысла было, чтобы Кабанов был в группе с Тихановским, так как он координировал сбор подписей за Тихановскую, был в штабе», — рассуждает Лосик.

Александр Кабанов после освобождения из белорусской тюрьмы и побега в Литву

«Распечатали весь интернет»

В материалах «дела Тихановского» было почти 180 томов.

«Мы с адвокатом думаем, что это было крупнейшее дело, нужно было на кого-то сбросить ответственность за 2020 год, поэтому они должны были показать, что там очень много томов», — говорит Лосик.

Когда весной 2021 года Игорь Лосик знакомился с материалами дела, их с каждым днем становилось все больше.

«Они распечатали весь интернет, который только был. Они за год скачали все сообщения со всех оппозиционных телеграм-каналов и чатов, особенно тех, где в названии было «97%»: «Калинковичи 97%», «Жлобин 97%». Они томов шестьдесят распечатали этой ерунды. Якобы Тихановский создавал такую сеть — все с одинаковым названием. Хотя многие каналы создали уже после того, как задержали Тихановского», — комментирует содержание дела Игорь.

Значительную часть материалов дела посвятили самому Тихановскому.

«Там вся его жизнь. Фото, видео с его свадьбы. Когда ему было 13 лет, кажется, он якобы украл 10 рублей у одноклассника. Они те большие домовые книги нашли где-то и к этому делу приобщили», — рассказывает Лосик.

В нескольких десятках томов были стенограммы стримов Тихановского.

«С гугловским автопереводчиком (имеется в виду автоматическая транскрипция аудио в текст). Там «кривое» все было», — вспоминает он.

Игорь Лосик замечает, что ему посвятили только два тома. В них собраны обжалования, выписки из банковских счетов, ходатайства за него, ксерокопии писем, открыток, иконок, которые люди присылали ему уже в тюрьму. Например, в материалах дела была ксерокопия иконки святого Юрия Победоносца и открытка с короткой надписью: «Привет из Бреста».

«Чтобы хоть какими-то бумагами забить. Так том выглядел толще», — объясняет Игорь, почему в его дело добавляли странные вещи.

Экспертизу сообщений Лосика, которая бы подтверждала, что он что-то нарушал, не делали. Но «враждебность» нашли в нескольких перепостах в канал «БГМ» с канала Nex­ta в августе 2020 года, когда Игорь уже был за решеткой. Причем сам канал «БГМ» не фигурировал в обвинении, отмечает блогер.

«За полгода, что шел суд, мои тома судья рассматривал минут 5—7, а того же Сакова — минуты три, потому что там ничего не было. Орудиями его преступления суд посчитал кепку, кружку и наклейки с надписью «Страна для жизни», — вспоминает фигурант «дела Тихановского».

Академия наук, по словам Лосика, сделала экспертизы содержания канала Цыгановича с выводами, что у него «не нашли никаких призывов и разжигания вражды».

«Когда прокурор во время прений читал это, то сказал просто, что, согласно экспертизам, все это есть. Хотя там ничего не было», — вспоминает журналист.

Игорь Лосик называет дело абсурдным. По его мнению, в нем 0% соответствовало действительности. Он подчеркивает, что многие фигуранты не были раньше знакомы между собой и никто ничего не планировал. В материалах дела, по словам Лосика, также не было доказательств ничьей вины и подтверждения, что соучастники что-то планировали.

«Думаю, даже мой адвокат не сможет сказать, в чем нас обвиняли, так как обвинение было построено так, чтобы невозможно было понять. Там были предложения, которые тянулись на две страницы», — подытоживает Игорь.

«Призывы к исламскому фундаментализму»

Процесс проходил в актовом зале СИЗО № 3 Гомеля, в котором сидели все фигуранты. Он шел четыре дня в неделю в течение полугода. На нем нельзя было присутствовать родным и наблюдателям. Только на первое заседание и на приговор пустили сотрудников пропагандистских прогосударственных СМИ. Игорь Лосик считает, что процесс закрыли, чтобы никто не видел его абсурдности.

Проезд к Гомельскому СИЗО № 3 в день начала суда над блогерами и политиками.

«Это было, с одной стороны, унизительно. После утренней проверки и завтрака меня забирали и вели на нижний этаж. Нужно было каждое утро раздеваться, приседать голым. Они светили во все части тела, проверяли, чтобы у нас ничего не было. Боялись, чтобы никто не совершил попытки самоубийства, потому что нам на суде даже давали резиновые насадки. Когда вели в актовый зал, то в наручниках, заламывали (наклоняли туловище вниз)», — вспоминает Игорь.

Он замечает, что это было тяжело, но лучше, чем сидеть в камере, потому что в перерывах можно было поговорить и с фигурантами, и с адвокатами, и даже обсудить новости. Игорь говорит, что он брал с собой на процесс сканворды и разгадывал, так как его мало упоминали в деле; Артем Саков что-то рисовал. Фигуранты сидели в клетке. Кроме начала и конца процесса, в клетке с них снимали наручники, вспоминает Игорь.

Никто из фигурантов «дела Тихановского» не признал вину на суде. Некоторые отказывались давать показания на этапе следствия. Николай Статкевич выкрикнул на суде «Жыве Беларусь!». В итоге его удалили из процесса на третий день, «так как он тряс клетку», «не хотел участвовать в этом». Статкевича вернули только на прения и объявление приговора.

Николай Статкевич после перенесенного в тюрьме инсульта и освобождения через пять лет заключения

 «Тихановский дня три читал свои показания. Он брал каждое предложение обвинения и обжаловал. Но никто ничего не учел», — вспоминает Игорь.

Определенное время прокурор очень медленно читал те 60 томов, которые содержали сообщения из оппозиционных чатов. В результате судья разозлился и прервал суд на день, так как сторона обвинения знакомилась с материалами дела на месте, а не заранее, вспоминает бывший политзаключенный.

«Он в суде водил пальцем, 15 минут молчания — и потом он находил какое-то сообщение из чата: «Надо прийти в гости к Ермошиной», старую дату, пользователя. Зачитывал. Потом проходит еще 15 минут, он новый ищет. Так прошел первый день, второй. А на третий день, кажется, судья уже разозлился, потому что мы засмеялись все», — рассказывает Игорь.

Гомельское СИЗО № 3 в день начала суда над блогерами и политиками

Во время процесса фигуранты вообще довольно много смеялись, отмечает Игорь. Вещь, над которой смеялся и судья, — экспертизы в материалах дела. Их все якобы делал один и тот же человек.

«Его фамилия была Симонов. У него не было ни имени, ни отчества, ни стажа, ни места работы. Все экспертизы были одинаковые. Они нашли в словах Тихановского призывы к «исламскому фундаментализму», «джихадизму» и «войне с неверными». Они просто взяли российскую экспертизу как образец, потому что статью «за разжигание вражды» сначала начали использовать в России, и забыли вычеркнуть этот абзац», — объясняет собеседник.

Игорь потом видел у некоторых политзаключенных в «деле Зельцера» похожие их «слово в слово» экспертизы.

Что еще вызывало смех — когда во время процесса осматривали стримы Тихановского на проекторе на полной громкости, а тот на записи пел «Разбуры турмы муры».

«Мы сидим в тюрьме. И все это слышат на этаже, и ОМОН, и судья, и прокурор. Это был просто какой-то сюр», — вспоминает бывший политзаключенный.

Игорь признается, что ему самому было интересно побывать на суде, чтобы послушать — может, и действительно Сергей Тихановский «что-то готовил». Но убедился, что на него «ничего не было».

Во время суда в «деле Тихановского» фигурантов охраняли около пяти конвоиров возле клетки и около пяти в коридоре

«Конвоиры, которые нас охраняли, — там было много омоновцев — первый месяц жестко к нам относились, заламывали, не отвечали, орали. Но они сидели сами, каждый день слушали этот процесс, и потом они поняли, что никто из нас не виноват. Потом у них совсем изменилось отношение. Они начали разговаривать, шутить, не зажимали наручники, не заламывали до пола, когда вели. Было видно, что они сами понимают все», — вспоминает Игорь Лосик.

За решеткой остаются трое фигурантов из шести: гражданин России Дмитрий Попов, видеооператор Артем Саков и блогер Владимир Цыганович. Игорь Лосик рассказал, что их «сильно прессуют».

46‑летнего Цыгановича, которому сначала назначили 15 лет колонии, уже трижды дополнительно осудили за якобы «злостное неповиновение требованиям администрации колонии» (411 статья УК, по которой срок можно добавлять бесконечно). Его также часто переводят, он побывал уже в девяти местах заключения. Сейчас в жодинской тюрьме.

Владимир Цыганович

31‑летний Саков осужден на 16 лет. Три года он провел на тюремном режиме. Находится в шкловской колонии № 17.

34‑летний Попов получил 16 лет колонии. Находится в жодинской тюрьме.