Акцэнты

20 ліпеня 2016 года года ў Кіеве быў узарваны аўтамабіль расейска-беларуска-ўкраінскага журналіста Паўла Шарамета. З моманту забойства прайшоў год, але афіцыйнае расьсьледаваньне амаль ніякіх вынікаў не прынесла. Чаму гэта адбылося? Распавядае журналіст праекта "Следствие.Инфо" Дмытро Гнап.

12 июля, в среду CPJ  — Комитет защиты журналистов — презентовал отчет, посвященный году расследования убийства журналиста "Украинской правды" Павла Шеремета. В отчете, автором которого является американский журналист Кристофер Миллер, в частности, говорится об угрозах, которые могли существовать для Павла Шеремета в трех странах, где он работал на протяжении своей карьеры – Украине, России и Беларуси.

Travel-журналіст Дэвід Коуд, які працуе на амерыканскае выданне Huffington Post, прыехаў у Мінск ды распавёў пра свой досвед. Аказваецца, ніякіх адмысловых навыкаў звычайнаму журналісту, які хоча пісаць пра вандроўкі, не трэба, а вандраваць можна практычна задарма. Як так?!

Мы встречались на исходе зимы — долгой нынешней зимы, которая опровергала календари и все засыпала мир серым снегом. Костя тогда передал мне корреспонденцию из Нью-Йорка, а я совсем по-бабьи жаловалась ему на свои страхи после перенесенной операции. Он подбадривал, говорил о делах. И прощаясь, я почему-то сказала: «Пока! Думаю, еще встретимся». Не встретимся. О смерти Кости мне из Нью-Йорка сообщил Володя Гутковский, наш коллега в БАЖ, член Международного ПЭН, издатель Big Open World Magazine. Гутковский когда-то привел Костю в круг моих друзей и в БАЖ. Константин Сенютин не был журналистом. Но благодаря Косте более десятка лет многие наши издания попадали в разные страны мира… Татьяна Мельничук