Акцэнты

Перапоўненыя палітвязьнямі камэры, катаваньні, этапы, штрафныя ізалятары. Гэта ня сталінскія 1930-я. Гэта Беларусь 2020-х. Пра свой турэмны досьвед востра, дасьціпна, з надзеяй на дэмакратычную будучыню краіны апавядае журналіст Свабоды Алег Грузьдзіловіч у кнізе «Мае турэмныя муры», якая выходзіць у сэрыі «Бібліятэка Свабоды. XXI стагодзьдзе». У выданьні выкарыстаныя малюнкі аўтара. Свабода публікуе фрагмэнты кнігі.  

Летась у канцы красавіка Віталя Казлоўскага асудзілі на 2 гады «хіміі» паводле 342-га артыкулу, за ўдзел у пратэстах. Тры месяцы да суду мужчына правёў у камэры № 66 СІЗА на Валадарскага. Паводле Віталя, тых з кім давялося сядзець падчас сьледзтва, а гэта прыблізна 20 чалавек, яму больш за іншых запомніўся менавіта журналіст Дзьмітры Наважылаў. Гэтым знаёмствам Віталь ганарыцца.

В «списке террористов», который ведет КГБ, до 2020 года не было ни одного беларуса. Теперь их больше 300. В колонии люди из списка сталкиваются с повышенным вниманием, но что происходит с теми, кто освободился и остается в списке? «Медиазона» поговорила с беларусами, которых государство считает «террористами».

Мовазнаўца, журналіст, перакладчык Юрась Бушлякоў 29 траўня мог бы адзначыць 50-гадовы юбілей. Замест гэтага родныя, сябры, паплечнікі згадваюць іншую жалобную дату — 10 гадоў з моманту яго смерці. 

Сегодня суд должен рассмотреть апелляцию на приговор, вынесенный Андрею Почобуту. Журналиста, в частности, обвиняли в «разжигании национальной вражды» за публикацию о событиях в сентябре 1939 года, в которой он назвал агрессией нападение СССР на Польшу. Историческое знание и науку белорусская власть все больше и больше загоняет в прокрустово ложе законодательных рамок. Во время семинара «Как писать об исторической памяти с точки зрения прав человека», организованного БАЖ, юридическая служба ассоциации рассказала, что режим понимает под геноцидом белорусского народа и реабилитацией нацизма, а также какие риски возникают для независимых медиа.