• Актуальнае
  • Медыяправа
  • Карыснае
  • Накірункі працы і кампаніі
  • Агляды і маніторынгі
  • Рэкамендацыі па бяспецы калег

    О чем не сказали на съезде БАЖ?

    Между тем, отчеты о проделанной работе, конечно, вещь важная и полезная, но лично мне, как члену организации и как журналисту, еще интересней, что сделано не было и почему. Согласитесь, видимые и лежащие на поверхности дела не могут утолить журналистский голод так, как раскопанная проблема, заданные неудобные вопросы, острые и, возможно, неожиданные углы, под которыми можно посмотреть на нашу с вами общую организацию.

    Так что же осталось за кадром? О чем могли, но не сказали на съезде БАЖ? И стоит ли ждать еще три года, чтобы задать свои вопросы?

    Начну если не с самого очевидного, то одного из самых насущных вопросов.

    Почему у организации с такой длинной и богатой историей нет стратегии развития?

    Мы с удовольствием и вдоволь в последнее время критикуем за это политиков. Дескать, они не знают, куда идут и чего хотят добиться. Не могут договориться ни о бойкоте будущих выборов, ни о консолидированном участии в них. Но сами-то знаем, куда и как развивается наша организация? Какие стратегические цели и задачи ставит на ближайшие три года и как собирается их достигать?

    Если глянуть на ее деятельность со стороны, то она может выглядеть хаотичной. Мы машем кулаками, когда нас уже ударили, но так и не научились блокировать эти удары. Мы смешиваем журналистику с политикой в одном флаконе, принимая участие во всевозможных около политических круглых столах и хуралах, тем самым позволяя называть нас оппозицией, хотя БАЖ создавался и должен быть сугубо профессиональной организации.

    Мы раскидываемся силой и людскими ресурсами в ситуациях, когда ни сил, ни ресурсов не хватает. В конечном итоге такое положение вещей приводит к ощущению  незавершенности, безуспешности многих начинаний, к состоянию бега по кругу.

    Конечно, мы можем оправдывать себя тем, что БАЖ и бажевцы живут и работают в непростых внешних условиях, что власть ставит нам палки в колеса, но кому на пользу такая позиция?

    Тем более что за годы существования БАЖ накоплено столько положительного опыта победы над обстоятельствами, столько замечательных примеров кампаний и акций, столько навыков по проведению профессиональных тренингов, мастер-классов, круглых столов. Не говоря уже о потенциале каждого конкретного члена БАЖ, который можно и нужно использовать на общее благо.

    Чего же стоит систематизировать эти знания и навыки, аккумулировать ресурсы, в том числе и человеческие, и, поставив перед собой одну-две стратегические задачи, начать активную работу по их воплощению в жизнь?

    Есть в приоритетах БАЖ качественная журналистика? Давайте не будем ограничиваться одним мастер-классом на 15 человек в месяц и одним творческим конкурсов «Вольное слово» в год. Давайте создавать тематические пресс-клубы, собирать отдельно и вместе экономических и политических журналистов, тех, кто пишет на темы культуры и спорта, радийщиков и телевизионщиков, блогеров и репортеров до мозга костей. Давайте обращаться к опыту старших коллег, организовывать тематические конференции, приглашать медийных персон из стран-соседей.  Давайте развивать культуру дискуссии и учить ей друг друга и наших собеседников – гражданских активистов, политиков и прочих.

    Давайте пиарить качественную журналистику на каждом углу, чтобы любой новичок в нашей профессии знал ее стандарты как таблицу умножения.

    Хотим добиться того, чтобы милиция прекратила произвольно ловить на улицах наших коллег? И это может быть достижимо. БАЖ как организация, объединяющая тех самых журналистов, должна быть последовательна и настойчива в своих попытках общаться с милицией, должна искать новые способы и методы взаимодействия с ними. Нельзя, не приемлемо просто сказать «невозможно» и смириться с ситуацией.

    От БАЖ ждали, ждут и будут ждать защиты и помощи. Возможно, будут ждать долго, а, может быть, вскоре поймут, что такой помощи не дождаться. И кто от этого выиграет?

    Из последнего вытекает следующий вопрос, которому не нашлось места на съезде организации.

    Почему у организации, которую нередко называют правозащитной, существуют проблемы с юридической защитой ее членов?

    Сразу оговорюсь, в данном случае, речь идет о субъективных ощущениях, сформированных за несколько лет работы в офисе БАЖ. Особенно остро чувство правовой и юридической незащищенности проявилось у меня в период после выборов 2010 года, когда волна обысков, задержаний и допросов журналистов добралась до самых отдаленных регионов. Ежедневно в офис БАЖ звонили и писали люди, которые нуждались в юридической консультации, в поддержке на допросах, опросах, в судах, при обысках в квартирах. Иногда все, что мы могли сказать в ответ: «Держитесь, вы не одни». И, выждав какой-то срок, перезвонить и поинтересоваться, как все прошло и что конфисковали.

    Конечно, собранная информация тут же распространялась, ложилась в основу мониторинга, дополняла некую общую апокалиптическую картину террора по всей стране, заставляла охать и вздыхать всех совестливых людей в стране и многочисленных друзей Беларуси за рубежом. Но разве это все, что БАЖ мог и должен был сделать для своих членов? Разве мониторинг заменит каждодневную защиту и не только в ситуации, когда в двери ломятся, но и когда нужно ежеминутно нужно отстаивать право коллег на профессию в РОВД, судах, в их общении с органами власти, в их попытках буквально «выцарапать» отнюдь не закрытую информацию? Думаю, нет.

    Более половины членов БАЖ живет и работает в Минске. При этом на более почти пять сотен человек в Минске у нас, положа руку на сердце, работает максимум полтора юриста. Уехал человек – и даже проконсультировать некому. Обращаемся за помощью в «Весну», БХК, а то и попросту оперируем собственным житейским опытом.

    И это не говоря уже о том, что выехать к человеку, у которого дома происходит обыск, БАЖ просит коллег-журналистов. Нет, никто не спорит, солидарность – штука важная и нужная, но мы же все понимаем, что коллеги туда приезжают, прежде всего, для освещения события, а не для правозащитной помощи.

    В общем, нам нужно больше юристов, понимающих специфику работы в медиа. Нет юристов? Давайте готовить правозащитников из коллег. Набрать группу товарищей с особенно активной гражданской позицией, провести их через ряд серьезных тренингов и мастер-классов, вооружить юридическими знаниями, памятками и сборниками законов, периодически (в моменты затишья) собирать их для решения различных «кейсов», чтобы не теряли навыки.

    В Грузии, к примеру, в Институте Илии открывается специальность для подготовки медиа-правозащитников. Может быть, стоит наладить хорошие связи с ЕГУ и предложить им нечто подобное?

    И это, кстати, тоже могло бы стать частью стратегической задачи развития организации.

    Почему в одной из самых больших общественных организаций острая нехватка людских ресурсов?

    И правда, почему? Больше тысячи членов, а работа часто ложится на офис плюс еще два десятка человек по всей стране. Не умеем организовать работу с людьми? Приучили, что все будет разжевано и в рот положено? Сами тянем одеяло на себя, стараясь держать все под контролем?

    Так вроде бы одна только программа молодых лидеров БАЖ показала, что инициативу на местах центральный офис приветствует. И в первое время программы инициатива просто кипела. Тот же фестиваль «БАЖинки» два первых года его существования принимали у себя филиалы организации в Барановичах и Лунинце. Члены БАЖ на местах брали на себя львиную часть работы, искали место, договаривались с большими и маленькими начальниками, предлагали развлечения.

    Но последние два года «БАЖинки» организовывал минский офис, привлекая нескольких волонтеров (за что им огромное спасибо). Офис, замечу, в котором хоть часто и не протолкнуться от количества человек, но на самом деле работает сейчас меньше десятка человек (и это считая бухгалтерию).

    При этом у большинства из работников офиса есть свои сферы деятельности, свои проекты, на которые часто не хватает 24 часов в сутках. Но на все попытки привлечь людей извне, часто приходится один и тот же результат – пришли, придумали, насоветовали и ушли. А воплощать – все тем же десяти человекам.

    Из сложившейся ситуации, кажется, самым правильным решением было бы разделение полномочий, более эффективное распределение обязанностей и грамотный менеджмент внутри руководства организации. Кажется, пришло время создавать отдельные рабочие группы, которые бы брали на себя подготовку различных мероприятий, тот же мониторинг нарушений прав журналистов и т.д.

    Кроме того, БАЖ нужно и важно развивать волонтерское движение внутри организации. Привлекать к решению многих вопросов и задач широкий круг членов БАЖ. Понятное дело, оперативно решать проблемы может и Правление. Но есть же и ситуации, когда одним заявлением не обойтись, когда нужны акции, действия, наглядные и понятные многим. И вот тут волонтеры-журналисты – как нельзя кстати.

    Кроме того, а не стоит ли подумать об изменении процедуры вступления в организацию? Не просто принимать всех, кто принес рекомендации и подписал Декларацию принципов (которую, кстати, редко кто читает), но и давать людям некий испытательный срок, предлагать волонтерскую работу, чтобы не получилось так, что человек пришел за корочкой и тут же исчез с горизонта.

    Тут, кстати, правильным было решение о международных пресс-картах МФЖ, которые член БАЖ может получить только через год членства. Очень многих такое условие остановило еще на подступе к организации.

    Почему БАЖ так гордится тем, что в его рядах собрались люди, одинаково понимающие свою профессию и ее миссию, а качество независимой журналистики оставляет желать лучшего?

    Казалось бы, Кодекс журналистской этики написан, стандарты в нем – просты и понятны даже студентам. Члены очередной Комиссии по этике БАЖ (как впрочем, и предыдущей) избраны съездом практически единогласно. А конфликтов в сфере СМИ меньше не становится.

    При чем большинство из них – затяжные и частично скрытые. Почему частично? Потому что в век развития социальных сетей, утаить свою оценку деятельности коллег, как и разного рода стычки между редакциями и журналистами, практически невозможно. Нет-нет, да и всплывет вершина айсберга.

    В большинстве случаев причинах таких конфликтов в том, что, как ни противоречиво это звучит, никто не желает выносить сор из избы. Скрывая существующие проблемы и претензии, журналисты и СМИ время от времени в тайне апеллируют к руководству БАЖ с просьбами в стиле «А поговорите с ними». И руководство, надо отдать ему должное, редко когда такие просьбы не выполняет.

    Но вот вопрос, а не служим ли мы друг другу ту самую медвежью услугу, не вынося этические конфликты и противоречия на заседание Комиссии? Понимаю, кому-то может быть неудобно, кому-то – страшно, кому-то – страшно не удобно писать заявления, присутствовать на заседании, выслушивать аргументы «за» и «против». Но разве не в этом смысл существования самой Комиссии – разрешать сборы, выносить публичные рекомендации, по средства которых еще и еще раз обращать внимание членов организации на необходимость выполнять этические стандарты? Не судить, но обсуждать спорные моменты.

    Польза от таких заседаний кажется очевидной для всех. Но мы по-прежнему надеемся на кулуарные разговоры и телефонное право.

    Кроме того, совершенно не понятно, почему Комиссия по этике сама не инициирует рассмотрение некоторых особенно громких дел, о которых все говорят? Кажется, это лучший способ постоянно держать руку на пульсе качественной журналистики, акцентировать внимание на проблемы и давать рекомендации на будущее.

    Почему БАЖ избегает вмешательства во внутриредакционные конфликты? И не пора ли организации становиться на профсоюзные рельсы?

    Вопрос спорный, сложный, но интересный. Если в организации все равны, то не может быть кого-то ровней. И если журналист обращается к руководству БАЖ с просьбой вмешаться и разрешить конфликт с редактором, то будь этот редактор хоть трижды заслуженным членом БАЖ, такое вмешательство может быть на пользу обеим сторонам.

    Невмешательство может быть оправдано независимостью редакционной политики СМИ, если, конечно, таковая имеется. Но ведь часто споры внутри редакций выходят далеко за рамки творчества. И если журналисту напрямую говорят, что его не хотят видеть в редакционном коллективе, потому как его слишком часто задерживают на акциях, то это выходит за грани не только разумного, но и правомерного.

    Так почему бы БАЖ не подумать, если не о полной трансформации в профсоюз, то хотя бы о создании рабочей группы по разрешению трудовых споров? Может быть, они не будут собираться часто, скорей всего их встречи будут закрытыми, но польза от них может стать ощутимой. Тем  более что последний опрос на сайте БАЖ красноречиво показывает: защита журналистов в отношениях с нанимателем  – один из трех самых острых (наряду с правовой защитой и образованием).

    Ну и, наконец, щепетильный вопрос о власти.

    Не пора ли руководству организации всерьез заняться операцией «преемник»?

    Накануне съезда об этом говорили и в голос (в специальной рубрике сайта), и в кулуарах. Между тем, большинство участников съезда сходились на том, что альтернативы бессменной руководителю БАЖ Жанне Литвиной нет.

    И это объективная реальность. Да и откуда взяться такому человеку всего-то за несколько недель (и даже месяцев) до съезда? Кто способен взять на себя всю ответственность за такую махину? Вникнуть во все дела? Понять, как функционирует БАЖ, в чем его сильные и слабые стороны?

    Пожалуй, если бы такой гениальный руководитель, его можно было бы и на президентское кресло Беларуси выдвигать. Но власть меняться должна, это бесспорно. Тем более что мы сейчас не о псевдо-демократической политической власти в стране говорим, а о руководстве негосударственного общественного объединения.

    Думать о том, кто будет у руля организации через три года (а они пролетят – не заметим), нужно уже сегодня. Думать и нынешнему руководству (председателю, заместителям, Правлению, Раде), и рядовым членам БАЖ. Присматриваться к тем, кто уже находится в избранных органах и комиссиях, либо смотреть шире – на всех членов организации, решать каждому конкретному человеку.

    Кто должен руководить БАЖ? Человек, безусловно, авторитетный, с твердыми как личными, так и профессиональными принципами,  отличный менеджер, умеющий не просто вести за собой, но и слушать свою команду, распределять обязанности, доверять и, в случае необходимости, приходить на помощь.

    Наверняка такие люди в нашей организации есть. Тем более что речь не идет о личности, которая сосредоточит все в своих руках, но о команде профессионалов, которые живут проблемами организации и могут предложить свои пути решения этих проблем.

    Ну, а достижения? О них в ходе съезда было сказано не мало, достаточно почитать отчеты руководства организации и собственно выступления на съезде отдельных ее членов. Достижениями мы гордимся, на них равняемся, их берем в будущее, как пример успешности существования независимой журналистской организации в нелегких условиях белорусских реалий. Но настоящим двигателем нашей работы должны стать неудачи, вызовы на пути развития, которые подстегивают и формируют не только личности и группы людей, но даже страны и континенты.

    Самыя важныя навіны і матэрыялы ў нашым Тэлеграм-канале — падпісвайцеся!
    @bajmedia
    Найбольш чытанае
    Акцэнты

    Телеграм‑бот «Глаз бога» и «Магнит». Как милиционеры пробивают телефонные номера, почты и адреса беларусов

    07.09.2023
    Акцэнты

    Какую информацию о нас хранят телеграм‑боты, чем они опасны и как удалить их из аккаунта? Отвечают эксперты

    Какие данные хранят о пользователях телеграм-боты? Как правильно удалить их из своего аккаунта? Как отличить настоящий бот от фейкового? «Медиазона» отвечает на эти вопросы вместе с разработчиком партизанского телеграма и одним из участников объединения «Киберпартизаны».
    21.08.2023
    Акцэнты

    30-годдзе за кратамі — сёння ў зняволенай журналісткі Кацярыны Андрэевай дзень народзінаў

    Кацярына Андрэева мусіла сустрэць «круглую» дату на волі — 5 верасня 2022 года сканчаўся яе несправядлівы тэрмін у калоніі. Але не. 7 красавіка 2022-га сям’і палітзняволенай журналісткі стала вядома, што ёй выставілі новае абвінавачанне. 13 ліпеня 2022 года Кацярыну прызналі вінаватай «у выдачы замежнай дзяржаве, міжнароднай альбо замежнай арганізацыі ці іх прадстаўніку дзяржаўных сакрэтаў Рэспублікі Беларусь». Суддзя Гомельскага абласнога суда Алег Харошка прызначыў ёй яшчэ 8 год пазбаўлення волі.
    02.11.2023
    Кожны чацвер мы дасылаем на электронную пошту магчымасці (гранты, вакансіі, конкурсы, стыпендыі), анонсы мерапрыемстваў (лекцыі, дыскусіі, прэзентацыі), а таксама самыя важныя навіны і тэндэнцыі ў свеце медыя.
    Падпісваючыся на рассылку, вы згаджаецеся з Палітыкай канфідэнцыйнасці