• Актуальнае
  • Медыяправа
  • Карыснае
  • Накірункі працы і кампаніі
  • Агляды і маніторынгі
  • Рэкамендацыі па бяспецы калег

    Памяти Старовойтова

    В папке с вырезками последних лет – "Комсомолка", российские "большие" газеты и множество публикаций в белорусской независимой прессе.

    Когда дважды Герой соцтруда Василий Старовойтов в почтенном возрасте стал политзэком, "принципиальную позицию" нынешних белорусских властей разъясняли ошеломленному народу и издания, которые принято называть государственными. Но вырезок с этими публикациями в собранных вдовой папках нет. Не потому, что Валентина о Василии Константиновиче говорит только хорошее. Потому, что в виновность Старовойтова перед новой властью (ой, как относительно это "новой" к власти, хозяйствующей здесь уже практически 20 лет!) не верит никто. Избегающие откровений с журналистами жители деревни Мышковичи – центра легендарного колхоза "Рассвет" – непременно замечают: расправились со Старовойтовым жестоко и несправедливо.

    Две высоченные сосны

    Василий Константинович Старовойтов ушел из жизни в феврале. Здесь все, с кем довелось перемолвиться, так и говорят: не "памёр", не "Бог прыбраў", как принято у белорусов говорить о смерти, а строгим и торжественным словосочетанием "ушел из жизни", как будто давая понять, что человек-легенда сам решил, когда уйти, и никакие силы – небесные или земные – тому не указ.

    Вдова Валентина показывает, что место на сельском кладбище предполагалось  на центральной аллее, рядом с могилой Кирилла Орловского, первого председателя, сделавшего "Рассвет" рассветом и оставшегося в имени легендарного хозяйства. Рядом с Орловским Старовойтов, обеспечивший "Рассвету" расцвет, был бы как будто вторым. Вдова Валентина, выбрав иное место для могилы, необъяснимой женской интуицией поняла, что они оба – первые, и что только тот, кто не искренен, выстраивает память согласно табели о рангах.

    "Здесь вот две сосны, — подводит к убранной венками могиле Валентина. – Это ведь как будто и мы двое". Судя по ширине ограждения, вдова оставила у могилы еще одно место.

    Я смотрю на высоченные сосны, "убежавшие" от зеленых собратьев, охраняющих полусумрак ранее созданных аллей, и понимаю, что необъяснимым образом два могучих дерева и здесь соединили Орловского со Старовойтовым – рядом и одинаково высокими. Мне кажется, Валентина это тоже понимает и втайне гордится, что нашла такой символ.

    Радуница, "Пасха мертвых", обозначена на сельском кладбище свежими веночками и цветами, оставленными у могил ломтиками пасхальных пирогов. Василий Шлындиков и Людмила Грязнова – коллеги  Старовойтова по Объединенной гражданской партии – кладут к могиле привезенные из Минска цветы, и этот букет тонет во множестве похожих. Даже оставшиеся с похоронного февраля венки и корзинки не растрепались и не утратили цвета, несмотря на долгие вьюги и короткую весеннюю хлябь.

    Недалеко от могилы Василия Константиновича памятники первой жене Инне и сыну Дмитрию да белый мрамор для надгробия любимой внучке Настеньке…

    Сломанная судьба

    Дочь Старовойтова Наталья приехала в родительский дом ненадолго – установить памятник Насте, осмотреться-прикинуть, как возрождать осиротевшую усадьбу. Надо бы подремонтировать свою часть дома, но тяжелая болезнь и смерть Насти лишили семью средств, и Наталья с мужем работают в России, чтобы вернуться в Мышковичи хоть с каким запасом.

    Работы в хозяйстве, где при отце заслуженно считалась его соратницей и опытным специалистом, для Натальи нет.  "Ломая папину судьбу, они сломали мою", — сдержанно роняет Наталья Васильевна.

    Центральная улица Мышковичей, поражавшая зрителей многочисленных фото и кинорепортажей светлым обликом передового социалистического села, состарилась. В морщинках-трещинках фасады двухэтажных домов, в щербинах-выемках асфальтовая дорога. Мастерка и кисточки требует стоящий на холме все еще величественный Дом культуры, где в феврале с председателем Старовойтовым прощались друзья, начальники, односельчане. На кадрах февральской хроники – сплошь женщины, пожилые и помоложе. Работоспособные мужчины из Мышковичей  в большом количестве подались на заработки в Россию.

    "Как много сломано!", — говорит Наталья, вспоминая порушенный цех по переработке картофеля, практически безотходное производство, созданием которого Василий Старовойтов занимался с отраслевым столичным НИИ в пору, когда  безотходные технологии еще казались фантастикой.

    Не справедливым, впрочем, будет обвинить нынешнее руководство хозяйства в уничтожении "Рассвета"  – во-первых, я не просила их об интервью и не знаю глубины проблем, с которыми им сейчас приходится разбираться. Во-вторых, "Рассвет" на фоне иных виденных мною хозяйств отнюдь не догорает. Разве что высокой руководящей волей сломали его судьбу хозяйства-передовика, насаждая иные принципы лидерства.

    Но сельские коттеджи на заложенных Старовойтовым улицах-бульварах разумностью бытового обустройства напоминают рациональные европейские усадьбы. Цветущие сады и палисадники демонстрируют любому заезжему, что деревня по-Старовойтовски – не коровьи лепешки под ногами. А в паре километров – ровная улица агрогородка, символа крестьянского "процветания" новейшего времени, без садов, беседок, цветов, но с коробочками-сарайчиками, куда, как признавался мне руководитель совхоза "Городец", отправившего в мир первого президента Беларуси, корова помещается только по диагонали.

    Изобретая велосипед – тот же хлев для коровы – вряд ли разумно игнорировать достоинства прежних конструкций. Утверждая свое "Я", преступно и аморально топтать иных. Истина все равно восстанет – из пыли, из пепла, из старательно размазанной грязи. И новые сады не вырастут и не зацветут, если прутики в землю толкать со злым окриком, принуждением и преступным торжеством минутного победителя.

    Валентина

    Деревенский уклад создавался веками и, меняясь, сохраняет собственные уставы.

    Я даже представить боюсь, что вынесла женщина, принявшая предложение почтенного по годам Старовойтова стать его "половинкой" и опорой. "Сказал безо всяких признаний-вступлений: "Валентина, переходи ко мне жить. Ты поможешь жить мне, я – тебе", — вспоминает вдова. Статная, красивая, подавляя дрожь в голосе и периодически вытирая набухающие слезами глаза, она проводит нежданных гостей по дому, где каждый уголочек и каждая вещь-вещица – ее память о счастье.

    Мама, говорит, узнав о предложении Старовойтова, сказала: "Иди, дочка. Пусть год проживешь с ним, но это будет год твоего счастья".

    Василий Константинович и Валентина прожили вместе 17 лет.

    Когда был слаб и умирал, Старовойтов не отпускал ее не на минуту. Она ему читала и пела, пересказывала новости. Когда уставший Старовойтов засыпал, Валентина, сидя рядом, вязала крючком  пестрые квадраты. Из квадратов потом собрала покрывало – полосками радуг и теней,  ее надеждами и думами, укрыт сейчас диван на втором этаже построенного для их счастья дома.

    Огромную комнату  рядом она практически превратила в музей – фотографии, документы закрыли корешки книг в больших – на все стены – книжных шкафах, из содержимого которых при аресте имущества Старовойтова во время уголовного преследования судебные приставы старались выбрать  "продаваемые" многотомники. Любимое кожаное кресло Василия Константиновича тоже было конфисковано вместе с диваном и журнальным столиком – "уголком", как говорят в народе.

    "Уголок" из-под ареста выкупили дипломаты миссии ОБСЕ.

    А Василий Константинович, обвиненный в превышении должностных полномочий, экономических преступлениях, во взятках и в организации убийства главы Могилевского комитета госконтроля Евгения Миколуцкого (!..), пробыл в заключении полтора года, встретив в тюрьме свой 75-летний юбилей. После двух сердечный приступов и микроинсульта, перенесенных в СИЗО, практически потерял зрение и долгое время не мог говорить. Журналист Павел Владимиров, по крупицам собиравший вести из мест заключения, обнаружил, что сокамерники, уважая несломленного "деда", прекратили в камере курить, чтобы хоть как-то облегчить Старовойтову физические страдания.

    "Ты прости меня, Василий", — негромко поет вдова Валентина, единственно в сложившейся недавно песне обращаясь к Василию Константиновичу на "ты".

    Как просить прощения всем иным, причастным к травле Старовойтова? И есть ли прощение тому, в чьих деловых и человеческих качествах он усомнился публично, объяснив, почему не поддержал эту кандидатуру на должность первого белорусского президента?

    Говорят, смерть примиряет. Утихомиривает страсти между людьми. Все нечеловеческое, недочеловеческое, антилюдское смерть обнажает и вбивает в память так накрепко, что не одно последующее поколение будет об этом говорить.

    …В райцентре Кировск, к которому по административной принадлежности относится "рассвет" и Мышковичи, дважды Герою соцтруда Василию Старовойтову установлен бюст. При жизни, в 2000-м. После тюрьмы, из которой Старовойтова выпустили в 1999-м.

    "Ты прости меня, Василий"?

    От бюста, "по разнарядке" положенного дважды героям, Василий Константинович отказывался.

    "Умру – делайте, что хотите!", — говорил Валентине.

    Понять бы еще, чего мы хотим не по "разнарядке"…

    В Мышковичах никто не сказал нам о Старовойтове благого слова, но все, озираясь, старались долго не говорить.

    Объединенная гражданская партия инициирует сбор средств на скульптурный бюст Василию Константиновичу Старовойтову.

    Самыя важныя навіны і матэрыялы ў нашым Тэлеграм-канале — падпісвайцеся!
    @bajmedia
    Найбольш чытанае
    Кожны чацвер мы дасылаем на электронную пошту магчымасці (гранты, вакансіі, конкурсы, стыпендыі), анонсы мерапрыемстваў (лекцыі, дыскусіі, прэзентацыі), а таксама самыя важныя навіны і тэндэнцыі ў свеце медыя.
    Падпісваючыся на рассылку, вы згаджаецеся з Палітыкай канфідэнцыйнасці